воскресенье, 5 января 2014 г.

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Слово в Неделю пред Рождеством Христовым, святых отец

Произнесено 2 января 1994 года
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Предпразднуем людие Христово Рождество и, вознесше ум, к Вифлеему вознесемся мыслию... — слышим мы, други наши, в последнее воскресенье пред Рождеством Христовым призыв Святой Церкви к глубокому размышлению о сущности приближающегося великого праздника.
Событие, совершившееся двадцать столетий назад, было столь велико, что равного ему не было в истории земли. “Велия благочестия тайна, Бог явися во плоти”.

Маленький безвестный Вифлеем, и в нем, в убогом вертепе, бедные “скотии ясли” стали для всего мира центром внимания и точкой отсчета нового времени, ибо в них возлег Невместимый Христос Бог.

Бог — Властитель мира — явился смиренным Младенцем, в Котором в момент рождения мало кто прозрел Божие величие, и славу, и силу. А ведь этого Младенца мир ждал с начала своей истории, приняв в пророчествах обетование Божие о явлении на земле Спасителя и Искупителя человечества: “и ты, Вифлеем, земля Иудина, ничем не меньше воеводств Иудиных, ибо из тебя произойдет Вождь, Который упасет народ Мой, Израиля” (Мф. 2, 6). И вот рождением Христа пришел конец всем пророчествам о Нем. И то, что было в Ветхом Завете прикровенно и туманно, озарилось явлением Божественного Младенца и стало явно.

Много младенцев рождалось в Вифлееме, и знатных, и именитых, но ни в одном из них мир не заподозрил Того единственного, Которым надлежало ему спастись и в ожидании Которого он томился.

Все в мире изменилось только с рождением Иисуса Христа, ибо Им кончилось время закона, и благодать властно преобразила все живое и отерла слезы безнадёжия.

Приведу весьма отдаленную аналогию: вот все мы с вами безошибочно узнаем действие Божией благодати на наши души, на наши сердца. Все меняется в нас — светлеют лица, радостию и светом лучатся глаза, благодатная тишина покоит сердце. И это не только в нас происходит. Благодать, коснувшись нас, преобразует и все вокруг нас — природа, вопреки законам естества, откликается на то, что происходит с нами.

И то же, и даже несравненно явственнее, ощутил мир с рождением Богомладенца Христа. И не могло быть иначе, дорогие мои, ведь Вечный явился во времени и Бестелесный — во плоти, и с Ним вошла в мир вечность. И все живое озарилось нетварным светом Божества и вечности. И Церковь поет: “Тайно родился еси в вертепе, но небо Тя всем проповеда, якоже уста...”

Родился Христос — Бог и Человек, и рождением начался Его крестный путь — труд по спасению мира и созиданию нового человека — чада Божия.

А Вифлеемская пещера, вместившая смиренное величие Сына Божия и Сына человеческого, стала прообразом Святой Православной Церкви, где ежедневно при служении литургии, на проскомидии, как в яслях, на жертвеннике возлежит Богомладенец Христос, вмещающий в Себе всю жизнь от рождения до великой Голгофской жертвы —“...се Агнец Божий, вземляй грехи мира” (Ин. 1, 29).

И каждый год, и каждый день мир переживает Таинство Жизни Христа на земле. Каждый день Христос и рождается, и служит, и умирает, и воскресает, совоскрешая мир Собою. И пред лицом вечности все “дни плоти” Господа Иисуса Христа представляют собой один момент, в котором вочеловечение, и крестная смерть, и воскресение связаны воедино.

У Бога один день как тысяча лет, и тысяча лет как один день, и это и есть вечность, вторгшаяся в земное время. И наши жизни тоже тому пример, ибо и они текут в вечность, стирая время. Оглянитесь на жизнь свою. Только начавшись, она уже стремительно движется к своему концу, и беспредельный океан вечности готов поглотить нас.

И человеческое сердце во мгновение своей жизни должно тоже стать подобием Вифлеемской пещеры, где рождается, возрастает, живет и царствует Христос — Бог и Человек. И, открываясь навстречу Христу Спасителю, оно, наше сердце, освятится Его Божественным светом и станет сильным Его Божественной силой. И “скоты” — наши человеческие страсти, живущие в нем,— бегут из него во внешнюю тьму, и мы сможем принести чистым сердцем Богу дар — свою любовь, соцарствуя ею Христу и Богу.

Сегодня, в преддверии Рождества Христова, когда земное время разделилось пополам, как церковная завеса, и мир стал “до” и “после” Рождества Христова, Святая Церковь вспоминает благодарной памятью тех, которые жили верой, ожиданием, и кто своей жизнью, своей плотью стали сродниками явившегося в мир Богочеловека Христа. Ведь Христос — Бог, приобщившийся человечеству, не новосотворенный Богом Человек, но и Его человечность уходит в историю человечества, жившего до Рождества Христова на земле.

Человечество сотворило в своих ложеснах, в своих недрах Ту, Которая стала Матерью Божией, Честнейшей Херувим и Славнейшей без сравнения Серафим.

И вот молитвенная память о тех, кто послужил приуготовлению человеческой природы Христа, возносится ныне в Церкви:“Родословие Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамова. Авраам родил Исаака; Исаак родил Иакова...” — слышим мы слова Святого Евангелия сегодня (Мф. 1, 1-2). И далее длинный перечень имен и имен. И за каждым именем — конкретный человек, который своей жизнью участвовал в рождении Христа Спасителя. Из тысячелетия в тысячелетие ткалась плоть и человечество Христа.

И нельзя, други наши, не отметить одной отрадной для нас мысли.

В этой лествице человеческих имен сохранена для нас память не только тех, кто достиг жизнью своей святости, но и тех, кто шел сквозь грех, пробивался сквозь человеческую немощь и из тьмы искал света, правды и святости. И не всегда человек осуществлял в жизни свои искания и мечты, но он жил верой, шел к Богу, хотел жить Богом.

И Христос соединился с человеческим родом, избрав в нем не только праведных и не только святых. Он Сам, будучи искушаем грехом, знал меру человеческой немощи и слабости и, быв подобен человеку во всем, кроме греха, Своей Божественной любовью всех воплотил в Себя и всех искупил Собою.

Своей человеческой святостью Христос оправдал всех: и тех, кто был Его плотью и кровью, и тех, кто родился от Него духом. И Ветхий Израиль, живший до Рождества Христова, и мы, Новый Израиль, явившийся в мир вместе с Рождеством Христовым под сенью Божией благодати, объединяемся одними чувствованиями, яже во Христе Иисусе. И вера, надежда и любовь — главные из них. И именно эти чувствования делают всех нас родными и близкими вопреки пространству и времени, разделяющим людей. Эти чувствования можно назвать одним словом — жаждой Бога.

Ветхозаветные святые отцы, “сидящие во тьме и сени смертной”, верою в осуществление ожидаемого жили и творили чудеса: “...побеждали царства, творили правду... заграждали уста львов, угашали силу огня... были побиваемы камнями... те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам... и ущельям земли” (Евр. 11, 33-34, 37, 38). Только вера в обетование Божие рождала надежду, и надежда питалась верой и терпеливым ожиданием.

Я не буду вспоминать подвиги веры ветхозаветных святых отцов. Напомню только, дорогие мои, что они не изнемогали в ожидании и жили терпением и надеждой не день, и не год, и не 100 лет, но 5508 лет. Сколько поколений кануло в вечность за эти тысячелетия.

Но это ожидание было их внутренней потребностью, ибо с ними был Бог. И “все сии умерли в вере, не получив обетований, а только издали видели оные, и радовались, и говорили о себе, что они странники и пришельцы на земле” (Евр. 11, 13). Жизнью свидетельствуя об истинности веры своей, они искали и стремились к лучшему, то есть к Небесному Отечеству, которого Художник и Строитель Бог.

И вот исполнилось время — родился Христос Бог, и новый ряд святых Божиих начинает Он Собою, и мы, грешные, по благодати Господа состоим в этом ряду.

Святой апостол Павел называет Иисуса Христа новым Адамом, от которого произошло новое святое потомство, украшенное Его именем и предназначенное к вечному спасению. Это великое потомство составляют все христиане, принявшие Его учение, рожденные от воды и Духа во имя Его, питающиеся Божественным Телом Его и Кровию в Таинстве Святого Причастия, вскормленные и живущие в лоне Его Церкви.

Наше родство со Христом не плотское, но духовное, и оно требует постоянного сродства в мыслях, чувствах, желаниях, стремлениях. И имея по сравнению с ветхозаветным человечеством высшие преимущества — сыновнюю близость в отношении к Богу, дары Божией благодати, укрепляющие, и освещающие, и просвещающие всего человека, и несомненную веру в будущую жизнь, — мы все же должны быть внимательными к себе, чтобы быть едины духом со Христом не только по рождению, но и по жизни. Ибо немощь падшей человеческой природы и мы носим в себе, как и наши ветхозаветные предки. Но мы уже не озираемся по сторонам с воплем о помощи, мы знаем, что с нами Бог! С нами живые примеры многих и многих святых Божиих, зовущих нас за собой по пути спасения.

Вот и сегодня нельзя умолчать о двух из них, чья память приходится на этот день.

Один — святой епископ, воспитавшийся “при ногу” сотаинника Христова святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова. Это святитель Игнатий Богоносец, живший в I веке христианства. Другой — святой праведный батюшка Иоанн Кронштадтский, чудотворец, прославленный в XX веке, всего три года назад. И оба они в такой полноте явили свою любовь к Богу, что растворились в ней.

Игнатий Богоносец был во время жизни Христа Спасителя ребенком, и Предание гласит, что это его обнял Господь Иисус Христос во время беседы с учениками, говоря: “...если не обратитесь и не будете, как дети, не войдете в Царство Небесное” (Мф. 18, 3). И Божия благодать почила на мальчике Игнатии и повела его по пути спасения, вверив его сначала в научение Иоанну Богослову, а потом вручив ему и епископский жезл, чтобы править слово истины в только что нарождающемся народе Божием. И она же, Божия благодать, венчала его за имя Христово мученическим венцом.

И имя Богоносец, полученное им оттого, что Господь Иисус Христос держал его, еще ребенка, на Своих руках, утвердилось за ним и за его ревностную любовь к Богу, жажду Бога всей жизнью.

При языческом императоре Траяне святой епископ был представлен на суд за проповедь имени Христова и приговорен к страшной казни — съедению дикими зверями.

Во время путешествия из Антиохии в Рим, к месту казни, святитель Игнатий пишет семь посланий к своей пастве, которые раскрывают его душу, объятую пламенем любви ко Христу: “Теперь пишу я, полный жизни, объятый желанием любви умереть за Христа. Я — пшеница Божия; да измолот буду зубами зверей, чтобы мне быть чистым хлебом для Бога. Ныне начинаю быть Христовым учеником,— ныне, когда не желаю ничего ни из видимого, ни из невидимого, а чтобы только достигнуть мне Христа”.

Слыша, что он беспрестанно повторяет имя Иисуса Христа, ведущие его на казнь спросили об этом. И святитель Игнатий отвечал, что в его сердце написано имя Иисуса, и потому уста постоянно исповедуют Того, Кого он в сердце всегда носит. Бог даровал святителю Игнатию безбоязненно встретить ужасную смерть. А на сердце святого мученика, оставшемся целым, увидели запечатленными начальные буквы имени любимого им Иисуса Христа.

Мужественная смерть мученика и сила его молитвы прекратила на время гонения на христиан. Император Траян издал особый указ о том, чтобы прекратить на христиан всякое гонение.

И мы, немощные грехом, не имеем сами дерзновения и сил, но помощью святых идем ко Христу.

Вот и великий, живой столп нашего времени, соединяющий небо с землею,— святой праведный Иоанн Кронштадтский — яркое свидетельство истинности православного христианства. Удивительный молитвенник пред Престолом Божиим при жизни, он получил венец святости задолго до своего прославления от людей за то сияние Божией благодати, которое излучал, за те неисчислимые чудеса, которые являл и являет по сей день.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский примером своей жизни учит нас, как надо жить вечными истинами в наше время, достигая совершенства духовного горением духа к Ходатаю Нового Завета Иисусу.

Он видимо не совершал подвигов, он просто жил как все люди, но жил в Боге и все делал ради Него и во имя Его. Главным делом жизни святого праведного Иоанна Кронштадтского — доброго пастыря — были пламенное служение литургии и такая же пламенная молитва. И вся его жизнь и деятельность всецело питались и вдохновлялись священническим предстоянием у святого престола в алтаре. Молитва его была увенчана многочисленными чудесными исцелениями, и он не скрывал этих чудес, но источником своей молитвенной силы указывал Святые Таинства.

Святой праведный Иоанн показал нам совершенную жизнь, он принес свою жизнь в жертву Богу и людям. И всемогущество Божией любви самовластно проявлялось чрез него, превращая его в жертву живую, благоприятную Богу. Христос, с младенческих лет войдя в его сердце, взрастил его в полную меру возраста Христова, и он теперь предстоит за нас и за Россию пред лицем Божиим в Царстве Небесном. И оттуда зовет нас: “Россия, будь такой, какой ты нужна Христу!”

“Приидите же вси, други наши, Христово Рождество верно предпразднуем ныне”. Поревнуем новозаветным святым и ветхозаветным праведникам в их сильной жажде сретить, увидеть и принять Иисуса Христа рождшегося и, подобно им, принесем Ему свою любовь и смирение, чтобы убогие ясли наших сердец стали любимыми яслями Богомладенца Христа на земле.

И не забывайте, чадца Божии,— бессильно зло, мы вечны, с нами Бог! Аминь.


Православие ру