воскресенье, 21 августа 2011 г.

Корфу-Бари: Святые всегда рядом

Интересная штука жизнь. Никак не удается схватить ее за «хвост»: всегда или «было» или «еще будет», а вот «сейчас» не поймать. «Остановись, мгновение, ты – прекрасно», но нет, «мгновение» не хочет длиться и почти всегда ускользает. Почти всегда…
Есть только одно местечко (временнОе), где можно «постоять», «подлить». Там даже и «длить» не приходится, время что ли останавливается или попадаешь во вневременье схожее с вечностью. Все православные знают, о чем речь. О святынях. Чувство – вещь субъективная, но какими приборами и возможно ли измерить то, что чувствует человек на святом месте, у иконы, мощей, места подвигов? Потому и идем паломничать, и едем по святым местам: мы - несовершенные, не храним в душе Святую Землю и Афон, снова и снова ищем их во вне, ждем встречи со святыми, хотя, что их искать – они же всегда рядом, с нами.
Рядом, но нам этого мало, мы - люди во плоти хотим прикоснуться, посмотреть, поклониться. Пошли и мы. Вернее, полетели.
Интересно устроен человек. Все ему мало. Дают одно, а он посматривает, как бы получить и другое. Так и мы. Предложили паломническую поездку к святителю Спиридону Тримифунтскому, а мы уже высчитываем: там же до святителя Николая рукой подать – десять часов морем… Но все по-порядку.

Греческий остров Корфу. И прежде доводилось бывать в Греции, правда, больше на материковой, но этот остров – чудо из чудес. Я, грешная, до сих пор не могу бесстрастно взирать на красоты. Если и вы любитель прекрасного, вам сюда. И небо, и море, и горы… Тут нужен поэт, я – не он, потому – поверьте на слово. А еще люди. Хорошо путешествовать среди своих, православных, даже если они говорят только по-гречески, а вы только по-русски. Скажу сразу: в целях экономии мы – две инокини - паломничали «диким» способом, т.е. без групп и экскурсий, без готовых билетов и автобусов, по знакомому всем принципу “язык до Киева доведет» или «все дороги ведут в Рим». «Язык» довел, а дорога в результате привела нас и в Бари.
Впрочем, не без конфузов. Едем в городском автобусе (а автобусы на Корфу, я вам скажу, это сказка: новенькие, с кондиционерами, удобнейшими креслами - куда там до них самолетным!), по автобусу ходит кондуктор, продает билеты – 2 евро билетик. Купили мы 2 билета, сидим, смотрим в окно на красоты острова. Вдруг подходит контролер: «Ваши билеты?» Это мы поняли по его жестам и еще по не забытому английскому «tickets». А где билеты? Я же не предполагала, что кто-то их будет проверять? Перерыла всю сумку, вытащила ворох талончиков, среди них нашла какой-то один иноземного вида и, вздохнув с облегчением, протянула его контролеру. Контролер засмеялся и бросил нам его назад. В чем дело? Взяла очки, стала рассматривать наши «билетики», на них написано 2 евро, а рядом мелкими буковками «water». Да это же наш чек за купленную воду! Лихорадочный поиск билетов возобновился, уф, нашли…
Конечная остановка – автобусный вокзал Корфу – Керкиры. Выходим и спрашиваем: «Agios Spyridоn». Эти слова все знают. Так мы и шли: «агиос Спиридон» был нашей путеводной звездой. Некоторые спрашивали: «Вы откуда?» Когда узнавали, что из России, радостно кивали, как будто встретили родных и близких, да и то – разве мы – дальние? Шли в самый солнцепек, выручала купленная вода, особенно хорошо, когда слегка плеснешь ее за шиворот себе или ближней (плохого не думайте, по ее же просьбе).
Плутали, плутали (хотя, честно, чего там плутать – все близко и просто) и вышли на маленькую улочку. Где «агиос Спиридон»? – «Да вот он» - стоим перед храмом. У высокого каменного храма слева от входа икона и подставки для свечей – о здравии и упокоении, в Греции, как и в Румынии свечи ставят не в храме, а на улице.
Зашли в храм. Справа от алтаря – придел, где покоятся мощи святителя. Людей немного, можно было не спешить. Мы и не спешили. И попали как раз в то «вневременье», когда обо всем временном забываешь, потому фотоаппарат так и пролежал неиспользованным в сумке, лишь, когда ушли из храма спохватились: ничего не сняли. А может так и надо?
Большая серебряная рака, за ней ниша – святитель в рост. Прикладываем к раке, и мнится – святой рядом или вот – перед нами и смотрит на нас. Действительно: живое присутствие живого.
Слева от алтаря небольшая комнатка, здесь можно заказать требы, сорокоусты, а записочки пишут в храме на специальном столике. Определенной цены за поминовение нет, дают, кто сколько может.
Получив благословение святителя Спиридона, мы думали о благословении другого святителя - Николая. Святитель Николай уже давно стал русским, нашим и даже странно, что мощи святого не у нас в России, а где-то в Италии. Плыть в Италию можно группой – любая турфирма предложит вам поездку за 380 евро. Если вы рокфеллер или долго копили, тогда этот вариант для вас, если же вы простой смертный, ступайте в порт и ищите лавки-офисы со столь желанными словами: Italy, Bari. Их, этих лавок там немало. Вот, все ругают интернет, но куда бы мы без интернета? Именно там нашли подробный путь в новый порт, описание этих лавок и компаний, путь из порта Бари до храма свт.Николая.
Первая лавочка-офис стала наша, ой, нет – вторая. На первой было просто написано: Bari, а на второй – “Ventouris Ferries” – название судоходной компании, которая нам и была нужна. В Бари можно попасть двумя путями: через Игуменицу и напрямую. Вариант с Игуменицей мы сразу отвергли: плыть в Игуменицу, пересаживаться на другой корабль, потом в Италию – сложновато. Хорошо бы сразу – сел и поплыл. С тем и пришли в офис. Небольшое помещение, стойка, за ней двое мужчин. Пытаюсь говорить по-английски: «Как бы нам уехать в Бари, да не через Игуменицу, а прямо». – «Пожалуйста. Когда вам нужно?». – «А нужно нам на среду, чтобы в четверг утром быть на литургии (именно по четвергам у мощей святителя служат русские). Два билета туда и обратно». – «Вам каюту – room?» – «Пришлось сказать – room». Конечно, есть отважные личности, что плывут ночь, сидя на палубе или в общей кают-кампании, где гремит музыка, пьют пиво и веселятся шумные итальянцы, но мы не столь отважны, а главное – подвержены укачиванию. Потому – лежать и только лежать.
Сотрудник смотрит в компьютер, считает, показывает цену. Туда 80 евро, обратно в два раза дороже, объясняет: итальянцы подняли цены – высокий сезон. У меня вытянулось лицо – разговаривала-то только я, моя спутница находилась в блаженном неведении. «А нельзя как-то подешевле?» - робко задала я довольно глупый вопрос. Откуда подешевле? «Я уже сделал вам скидку 20 евро». Мы молчим. Я думаю: плыть сидя? Отказаться? искать другие варианты, но какие? Молчим. Сотрудник смотрит на нас, на мою спутницу и вдруг предлагает гениальный выход: «Один билет будет детский» - baby». Так, 42-летняя инокиня стала baby. Конечно, она хрупкая, небольшого роста, но baby… Впрочем, Фотиния обрадовалась, это слово к ней как-то сразу пристало и она довольно часто мне напоминала: «Ну что с меня взять? Я – бебик!»
Ну почему я не спросила имени этого отважного сотрудника? От счастья, что наша проблема решена, так растерялась, что обо всем позабыла. Мы едем!!!
Паром уходит в 22.30. Пораньше выехали из отеля. В 8.30 уже на берегу. Зашли в здание вокзала. Странный вокзал: никаких билетов, табло, информации, только бар и сиденья. Пытаюсь определить: едет ли кто-нибудь с нами в Бари? Польская, английская, немецкая речь, вроде итальянцы – может с нами? Русских не видно. Потом появились 2 девушки в платочках – наши. А может и эта пара – русские?
22.00. Где же паром? Ежеминутно выбегаем на пристань. Да, что выбегать, и так видно, что на 4 причале тишина и темнота. Русские сгруппировались – нас всего-то человек 8-10 – «диких» паломников, тех, кто решил сэкономить. «Вы не слышали, где паром? А он точно с 4-го причала? А мы ничего не перепутали? Говорят, на днях, за всеми приходил автобус и увозил куда-то далеко, к другому причалу».
22.30. Из темноты появляется белый гигант. Почему-то сразу вспомнился «Титаник». Такой махины я еще никогда не видела. «Неужели эта роскошь – наш паром?» Фотиния куксится: «Я боюсь»… Гигант выбрасывает забрало и из него потянулась длинная вереница фур с трейлерами: один, второй, десятый, двадцатый… На берегу уже шумная толпа. Откуда-то взялись немцы, англичане, они показывали билеты и стали подниматься по высоченной лестнице наверх парома. Сделали попытку и мы, но нас остановили: «Это не ваш паром». А где же наш?!
Паром загрузился другими трейлерами, народом, и гордо растворился в темноте. На берегу остались 10 человек и собака – она встречала и провожала все суда.
Темно и тихо. 23.00. «Где же мы будем ночевать? В отель уже не вернуться – он за 30 км от порта и автобусы уже не ходят, а у таксистов забастовка».
Бросаемся то к одному приходящему автобус, то к другому – вдруг за нами, но мы никому не нужны и никто ничего нам сказать не может.
В начале двенадцатого из темноты вынырнул паром. Сразу стало понятно – наш. В несколько раз меньше предыдущего, ушедшего, кстати, на Патмос (эх, и нам бы Патмос, к ап.Иоанну Богослову!) и не столь импозантный. Он тоже отбросил «забрало» и обнажил трюм, заставленный фурами. Мы шли мимо фур, каких-то железок и канатов, сверху висели крюки, вокруг гремело и лязгало, пахло смазочными материалами, и было ощущение, что идем по огромному сталепрокатному цеху и искать здесь каюты бессмысленно – будет только завод.
Ан, нет. Поднялись выше, еще выше, узкие коридоры вывели нас на ресепшен, нам выдали ключи от каюты 304. Ура! У нас каюта, две кровати с чистым бельем, душ, кондиционер. Нет окна – да до окна ли тут? Легли и искренне пожалели тех, кто остался сидеть, а таких было много: паром уже где-то до нас многих успел взять на борт.
Раздался зычный крик, наверное, что-то вроде: «Отдать швартовы», - это я так себе представлю, что еще можно кричать в ночи перед отплытием?
Утром вышла в коридор. Есть ли тут палуба? Конечно, есть, совсем рядом, да какая красота: идем вдоль берега Италии, раннее утро. Побежала за Фотинией: «Разве можно это пропустить!»
На самой верхней палубе собрались наши – русские, с кем мы волновались предыдущий вечер. Разговорились. Кто-то спал сидя и всего за 25 евро, кто-то разложил надувной матрас (правда, пристроить его довольно сложно, в кают-компании для матрасов нет места, надо иметь план судна и знать, где пристроиться). Потом подошли то ли сербы, то ли словаки, а потом грузины. Оказалось, что почти вся молодежь едет на какой-то фестиваль в Бари, грузины из Батуми и тоже ансамбль, посокрушались, что Россия и Грузия никак не может договориться.
Литургия у мощей свт.Николая начинается в 10.30. По нашим подсчетам, именно в это время мы и должны причалить. Так и было. Не терпелось поскорее сойти на берег, потому мы раньше времени спустились в трюм (а может, это трюм только по атмосфере?). Среди фур, крюков, каких-то лебедок, на железной палубе репетировал фольклорный ансамбль: парни ладонями отбивали ритм, девчонки с азартом отстукивали его ногами. Все были в обычной одежде – шортах и шлепках, но от этого зрелище не переставало быть менее завораживающим. Вокруг них сразу образовалась толпа зрителей. Бойкий танец прервал все тот же зычный голос, подающий команды. Причалили.
Из порта бегом по узким улочкам к храму, бежало нас человек 10, по дороге слегка поплутали, но бежали так, как будто бы точно знали путь.
Большой храм, внутри совершенно пустой, разглядывать его было некогда, скорее по лестнице вниз, под храм, в крипту, где под спудом покоятся мощи Святителя и где, наверное, уже началась литургия.
В маленьком душном храме полно народа, читают часы. Кто-то подает записки, кто-то стоит в очереди приложиться к мощам, многие сидят на скамеечках. Я потеряла Фотинию, вернее она потеряла нас, когда мы галопом неслись по набережной Бари. Фотиния несколько раз обежала вокруг территории храма, заглянула в него и уже расстроилась: никого нет. Хорошо, подошла новая группа, с ней она и вошла в нижний храм.
А народ все прибывает и прибывает. В Бари пришли другие паромы - с Игуменицы, комфортабельные, роскошные с бассейнами, но что нам другие, мы свой «Seatrade» ни на что не променяем.
Подали записочки и стали в очередь приложиться к мощам. Странное дело, такое святое место и в таком запустении! Стены и своды облупились, светильники в паутине, аналои в дырах, как будто ткань изъедена мышами, царские врата приютились в левом уголочке храма – крохотный алтарик. Иконостас с довольно странными иконами – явно писали не православные. Сами мощи обнесены грозными решетками с острыми пиками наверху, уж, не в заключении ли Святитель? Зачем его содержат так, в «строгом режиме?»
От пароходных волнений, беготни и переездов мы как-то отупели. Иногда бывает такое состояние нереальности происходящего: со мной и не со мной. Телом вроде здесь, а сами – где мы? Недостойны поездки к святителю, да и здесь было тоже самое чувство, что и у святителя Спиридона – он не здесь, не у мощей, а рядом, даже странно – зачем мы сюда приехали – он же всегда рядом!
Встала в очередь на исповедь. Исповедовали 3 священника, вероятно, все приезжие, паломники, даже не стали узнавать откуда. В храме так душно, что народ стал терять сознание, чувствуя, что меня ждет та же участь, медленно «просачиваюсь» к единственному вентилятору – слева у солеи.
Причастие. Весь народ решили разделить на две группы: одни будут причащаться справа от алтаря, другие – у мощей. Я пошла к мощам. Вдруг очередь к Чаше остановилась: «Все мужчины вперед», - впереди меня стоящая женщина стала решительно приглашать всех мужчин идти причащаться первыми, несколько мужчин с благодарностью прошли. Но женщина все равно держит очередь: «Еще один мужчина не прошел». Мужчина покачал головой, не хочет. Женщина не сдается: «Не могу причащаться, пока все мужчины не пройдут». Вот тебе и искушение. Отодвинула ее легонько, и мы пошли к Чаше.

После Причащения - молебен с акафистом нараспев. Конечно, если бы мы были с группой, вряд ли бы остались на молебен, к тому времени, а было уже около 2-х часов дня, почти все разъехались. Молебен служили перед мощами, кто-то из священников икос читал по-грузински. У меня подкосились ноги – нога после операции еще не зажила, пришлось присесть на скамеечку, и тут опять искушение – подбежал мужчина из хора: «Нельзя сидеть, надо стоять». – «Конечно, надо, но не на чем». Фотиния от духоты стала терять сознание. Да, паломнички, сидеть бы вам дома…
Поднялись в верхний храм. Просторный, ряды лавок. Слева большая скульптура Святителя под стеклом. Странное же у них представление о свт.Николае, какое-то физиологическое: морщинистый, в удивлении поднятый лоб, растерянный взгляд, приоткрытый рот… Нет, наш не такой. Наш добрый, понимающий, любящий и… красивый.
На Корфу не видели ни одного нищего, а здесь у храма их было сразу несколько, и просили настойчиво: «Signora…»
Недолго мы были в Италии, всего день, но, согласитесь: быть в Италии и не попробовать итальянской пиццы, было бы странно. И мы попробовали. В ближайшем уличном кафе (хотя, какое там кафе – пара столиков) заказали пиццу «маргариту» и пасту-лапшу. Фотиния – любитель всего макаронного. Ну что сказать? Сплошное разочарование. Разве это пицца - корочка с легкими признаками чего-то томатного и сыра? Да и лапша Фотинию расстроила, итальянцы ведь ее едят al dente, недоваренную, что для Фотинии стало малоприятной неожиданностью.
Вечером нам предстояло последнее испытание – попасть на паром по детскому билету. Прежде чем идти на паром, надо зайти в терминал, где отмечают купленные билеты. Девушка у стойки отрывает корешок у билета, тщательно проверяет паспорта, заносит в компьютер паспортные данные: ФИО, дату рождения. Я подала наши паспорта. Что нам оставалось? Только взывать: «Святителю, отче, Николая, помогай!» И Святитель нас не оставил. Девушка ввела все данные в компьютер и даже не обратила внимания на детский билет. Мы побежали к паспортному контролю, там, вообще, билеты не проверяли – и на паром. Слава Богу – мы на месте, в своей любимой 304 каюте. От переживаний тут же рухнули спать. Рано утром в дверь постучали: «Corfù, Corfù». Это – Корфу. Как же хорошо у нас на острове! (остров был для нас уже родным).

Монахиня Иоанна